macroevolution

поэтому подробно отвечу на следующей неделе, а пока обозначу главное в своей позиции (в чём, имхо, уже содержится ответ на Ваш контрдовод).
Говоря об объяснениях поведения (и особенно человека + высшие позвоночные), вы сразу же переходите к генам, упуская из виду "промежуточную инстанцию" на пути от работы генов в онтогенезе КАКОЙ-ТО особи данного вида до выбора той, а не иной программы поведения ДАННОЙ КОНКРЕТНОЙ особью человека или иного вида.
Эти инстанции – регуляторные механизмы на уровне надиндивидуальных систем: внутрипопуляционные регуляции и социальные влияния, вообще видовая социальность, у человека также культурные формы и речь. И те и другие находятся с «генами» (и шире – с прочими биологическими отправлениями отдельных особей, с их физиологией), в отношениях управляющего и управляемого, но не наоборот.
Если некто «дефектен» (или наоборот, излишне способен) из-за своих биолого-генетических особенностей то, поскольку социальная (у людей – и культурная) норма должна стабильно воспроизводиться в череде поколений вопреки различиям генотипов, пойдёт опережающая эволюция социальных приспособлений, компенсирующих эту дефектность или «обращающих недостаток в достоинство».
И это ускоренное развитие средств социальной (затем и культурной) компенсации биолого-генетических изъянов чтобы несмотря на них, устойчиво воспроизводилась норма (с т.з. нормы достоинство – тоже изъян) и есть главное в эволюции поведения. Типа, в Древнем Египте и Индии умение писать было особым свойством, требующим личностно особых людей, не таких как все, также как умение делить в столбик в средние века. Сейчас это умеют делать все.
Это простое продолжение идеи стаб.отбора шмальгаузена – как индивидуальный онтогенез эволюционирует в сторону всё большей способности воспроизводить видовую норму морфологии на всё более широком спектре «возмущений», в качестве каковых могут быть и факторы среды, и индивидуальные генетические особенности, так и социальность высших животных (а тем более культура людей) эволюционирует в сторону все большей способности устойчиво воспроизводить норму социального поведения – или культурную норму – на всё более широком спектре генетических и физиологических особенностей индивидов.
Т.е. если мы хотим просвещать общество про поведение и его возможности, начинать надо не с генов, и не со среды, а именно с тех культурных и социальных влияний, которые обеспечивают нормальное поведенческое развитие (для человека это воспитание и образование). А вот влияния генов и эффекты среды рассматривать как дополнительную переменную, «возмущения», которые могут сбивать с нормального пути и которые надо социальными же или воспитательными средствами – компенсировать. Именно потому, что «промежуточная инстанция» социальных и культурных влияний при определении поведения важнее генов и /или физиологии: она ведущая, а не ведомая (хороший пример – управляемость словом у людей: когда прикладываешь нагретую пластинку к коже со словами "холод", капилляры СЖИМАЮТСЯ; и так действуют все социокультурные м-мы).