Я обратил внимание на эту оговорку. Но дело в том, что соблюсти ее невозможно: даже в наши приборно-молекулярно-компьютерные времена психиатрическая диагностика основана на словесной информации чуть более менее, чем полностью. Если пациент сам пришел к психиатру - с ним можно поговорить. Если его доставили силой - можно поговорить с теми, кто доставил (или вызвал "барбухайку"): им явно есть что сказать врачу. Если ни сам не обратился, ни окружающие не озаботились - такой больной остается вне поля зрения психиатров.
"Говорящих обезьян" за всю историю антропоидных языковых проектов было всего несколько десятков. Насколько я понимаю, ни у одной из них не наблюдалось поведение, которое навело бы ее опекунов-людей на мысль о возможном психическом расстройстве.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
timeasmymeasure
no subject
Date: 2017-01-20 05:50 pm (UTC)болееменее, чем полностью. Если пациент сам пришел к психиатру - с ним можно поговорить. Если его доставили силой - можно поговорить с теми, кто доставил (или вызвал "барбухайку"): им явно есть что сказать врачу. Если ни сам не обратился, ни окружающие не озаботились - такой больной остается вне поля зрения психиатров."Говорящих обезьян" за всю историю антропоидных языковых проектов было всего несколько десятков. Насколько я понимаю, ни у одной из них не наблюдалось поведение, которое навело бы ее опекунов-людей на мысль о возможном психическом расстройстве.