Ну, Ok. Я вовсе не утверждаю, что в человеке на физиологическом уровне присутствуют какие-то "нефизические" процессы. Т.е. Вы всегда сможете интерпретировать поведение в бихевиористическом ключе. Только бихевиоризм не даёт мне никакого понятийного аппарата для изучения самых реальных феноменов моей жизни -- "обещание", "видение" и т.п.
По поводу фразы "апеллирую я к способности робота к самодиагностике или к склонности человека к рефлексии". При обращении я не апеллирую к каким-то склонностям человека, а аппелирую к самому человеку. Это важное различение. Когда я говорю "расскажи мне то-то и то-то", я не аппелирую к его склонности к болтовне. Человек должен рассказать что-то мне сам.
Нет, я не признаю наличие свободы воли у ворон. Они не практикуют индивидуальное решение. С ними не возможно войти в соответствующего рода культурный контакт. Собственно и выбора у ворон нету, в строгом смысле слова. Ситуация выбора (вместе с субъектом этого выбора) появляется только внутри самой практики индивидуального решения -- как некий структурный элемент этой практики.
Утверждение "люди привыкли, что непосредственные ощущения их обманывают" мне кажется очень сильным. За исключением некоторых оптических иллюзий я не могу даже предствить себе примера, где непосредственное ощущение меня обманывало бы. Готовность признать, что всем управляет предопределение не разрушает той тонкой структуры каждодневного поведения, которое зиждется на практике свободной воли. Более того существовали культуры , в которых даже понятие "судьбы" никак не входило в противоречие со свободной волей. Вот фрагмент из Арона Гуревича «Судьба в системе представлений германских народов — не некий безличный надмирный фатум и не колесо слепой Фортуны. Хотя судьба «заложена» в героя как его «программа», она вместе с тем осознается им как его персональная жизненная позиция; он не просто следует ее повелениям — он ее творит, активно реализует. Судьба, следовательно, есть выражение его собственной сущности, которую герой выявляет как бы свободно, на свою личную ответственность»
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
timeasmymeasure
no subject
Date: 2013-03-19 11:37 am (UTC)По поводу фразы "апеллирую я к способности робота к самодиагностике или к склонности человека к рефлексии". При обращении я не апеллирую к каким-то склонностям человека, а аппелирую к самому человеку. Это важное различение. Когда я говорю "расскажи мне то-то и то-то", я не аппелирую к его склонности к болтовне. Человек должен рассказать что-то мне сам.
Нет, я не признаю наличие свободы воли у ворон. Они не практикуют индивидуальное решение. С ними не возможно войти в соответствующего рода культурный контакт. Собственно и выбора у ворон нету, в строгом смысле слова. Ситуация выбора (вместе с субъектом этого выбора) появляется только внутри самой практики индивидуального решения -- как некий структурный элемент этой практики.
Утверждение "люди привыкли, что непосредственные ощущения их обманывают" мне кажется очень сильным. За исключением некоторых оптических иллюзий я не могу даже предствить себе примера, где непосредственное ощущение меня обманывало бы. Готовность признать, что всем управляет предопределение не разрушает той тонкой структуры каждодневного поведения, которое зиждется на практике свободной воли. Более того существовали культуры , в которых даже понятие "судьбы" никак не входило в противоречие со свободной волей. Вот фрагмент из Арона Гуревича
«Судьба в системе представлений германских народов — не некий безличный надмирный фатум и не колесо слепой Фортуны. Хотя судьба «заложена» в героя как его «программа», она вместе с тем осознается им как его персональная жизненная позиция; он не просто следует ее повелениям — он ее творит, активно реализует. Судьба, следовательно, есть выражение его собственной сущности, которую герой выявляет как бы свободно, на свою личную ответственность»