Простите, мне не нравится этот конформизм «как договоримся, так и будет». С точки зрения субъектов, это тривиально, но истина от этого не станет такой, как мы договоримся. И мне кажется, что тут мы слишком огрубляем действительность. Хотя я понимаю, что это метод науки (огрублять реальность, чтобы создавать описываемую модель – и ничего против метода я иметь не могу), но я против того, чтобы признать «отдельно взятый нейрон воспринимает сигнал с соседнего нейрона, как (ТОЛЬКО) раздражитель». Слишком грубо. Если нейронам крысы №2 «всё-равно, от кого получать сигнал, от других нейронов или от микросхемы» - это означает, что мы сделали замену нейрону. А значит, принципиально можем смоделировать живой мозг, заменив каждый нейрон на силиконовую микросхему. А значит, подтверждаем миф о перезаписывании сознания и прочую чушь о бессмертии, с которой я не согласен.
Не хотел этого писать, так как я – не биолог и не считаю себя вправе выступать здесь категорично, но Вы меня заставили. Я всё-таки утверждаю, что в этом эксперименте, не технический интерфейс заменил нейронную цепь рефлекторной дуги (утверждение А), а, наоборот, живой мозг крысы №1 стал частью технической системы, которая модулирует информационный сигнал для крысы №2 (утверждение В). Утверждаю, что у крысы №2 создаётся своя отдельная рефлекторная дуга, которая распознаёт сигналы, посылаемые через чип в мозг как внешние (как лампочка в опытах Павлова, только там свет действует через глаз и зрительные участки мозга), и крыса №2 заново учится по этим опытам находить кормушку (то бишь никакой телепатии). Таким образом, я утверждаю, что научная ценность опыта аналогична опытам Павлова.
Утверждение А говорит о том, что мы создали новую сложность (технический интерфейс подобный живой нейронной сети). Утверждение Б, наоборот, что мы редуцировали сложную нейронную сеть до простой технической (мы могли бы посылать крысе №2 любой бинарный сигнал и без эффектного вскрытия черепной коробки, и она бы научилась находить кормушку). Но я НЕ утверждаю, что такая передача сложного сигнала от нейрона к нейрону невозможна техническими способами вообще. Я не знаю о существовании ограничений на это. Поэтому изначально и задал критерий такой передачи (телепатии) – «когда с первого раза будет выполнено правильное действие в новых незнакомых условиях без долгого предварительного обучения методом проб и ошибок.»
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
timeasmymeasure
no subject
Date: 2013-03-03 03:44 am (UTC)Не хотел этого писать, так как я – не биолог и не считаю себя вправе выступать здесь категорично, но Вы меня заставили. Я всё-таки утверждаю, что в этом эксперименте, не технический интерфейс заменил нейронную цепь рефлекторной дуги (утверждение А), а, наоборот, живой мозг крысы №1 стал частью технической системы, которая модулирует информационный сигнал для крысы №2 (утверждение В). Утверждаю, что у крысы №2 создаётся своя отдельная рефлекторная дуга, которая распознаёт сигналы, посылаемые через чип в мозг как внешние (как лампочка в опытах Павлова, только там свет действует через глаз и зрительные участки мозга), и крыса №2 заново учится по этим опытам находить кормушку (то бишь никакой телепатии). Таким образом, я утверждаю, что научная ценность опыта аналогична опытам Павлова.
Утверждение А говорит о том, что мы создали новую сложность (технический интерфейс подобный живой нейронной сети). Утверждение Б, наоборот, что мы редуцировали сложную нейронную сеть до простой технической (мы могли бы посылать крысе №2 любой бинарный сигнал и без эффектного вскрытия черепной коробки, и она бы научилась находить кормушку).
Но я НЕ утверждаю, что такая передача сложного сигнала от нейрона к нейрону невозможна техническими способами вообще. Я не знаю о существовании ограничений на это. Поэтому изначально и задал критерий такой передачи (телепатии) – «когда с первого раза будет выполнено правильное действие в новых незнакомых условиях без долгого предварительного обучения методом проб и ошибок.»